"Преданность собаки - это драгоценный дар, накладывающий на того, кто его принимает, не меньшие обязательства, чем человеческая дружба. Мы оцениваем благородство двух друзей, исходя из того, кто из них способен на большую бескорыстную жертву ради другого. В девятнадцатом веке один философ сказал: "Пусть вашей целью будет всегда любить больше, чем любят вас; не будьте в любви вторым".
К. Лоренц.

Как-то раз зимой 97-го года мой муж вернулся из командировки. И первым делом он мне рассказал о чуде, которое ему довелось увидеть по дороге. На автозаправке на трассе Назарово - Абакан знакомый парень выгуливал собаку, которая была похожа на медвежонка. Он вез её из г. Кемерово домой. Надо было видеть глаза моего мужа, когда он её описывал. Это было что-то неземное, необыкновенное, невиданное, от чего он приходил в восторг. И еще добавил: "Я ему сказал: Когда тебе её содержать станет "в тягу", отдай её мне, я возьму". Вот только название породы вспомнить мой муж никак не мог, отчего интриговал меня все больше.

В то время мы еще не полностью выкупили квартиру, и еле-еле сводили концы с концами. Поэтому о покупке еще одной собаки речи не могло быть. Но я знаю, что если чего-то очень захотеть, то ЭТО обязательно будет! С того дня я стала ждать, когда же у нас появится это чудо.
И вот через пару месяцев в газете появилось объявление о продаже кобеля чау-чау. Не теряя времени, я кинулась к телефону, от которого отошла с глубоким разочарованием. Цена была нашей семье не по карману. Но, видимо, так сильно я хотела стать обладательницей этого медвежонка, что уже через месяц к нам приехал его хозяин и предложил его нам за символическую цену. Оказалось, что хозяин не рассчитал свои силы по содержанию такой серьезной собаки, а его мать, на которую легли основные обязанности, не в состоянии была справиться с такой нечаянной заботой. К тому же в квартире напротив жил кобель дог и частенько бывали случайные встречи в подъезде, которые кончались не всегда хорошо.

В нашей квартире уже год жила неутомимая и эмоциональная сука породы русский спаниель, которая отнимала все наше свободное время. Взять в двухкомнатную квартиру еще и медведя мой муж не решался. Ни какие обещания и уговоры на него не действовали. Тут в голову пришла спасительная мысль: моим родителям в частный дом нужна собака, которая не мерзнет в наши сибирские морозы. Этим веским аргументом мы с дочкой "додавили" нашего папу и он согласился взять чау для родителей. Мой папа очень любил собак, и был рад этому. Сложнее было уговорить мою маму. Но под моим натиском и этот бастион пал. Предварительно "согласовав" с ними это приобретение, в назначенное время мы поехали за собакой (тогда я еще думала, что чау необыкновенный только снаружи). Хотя особого восторга, увидев его, я не почувствовала. Мой муж его описал куда более роскошным. (Потом все станет на свои места.) Он стоял рядом с хозяйкой в лучах заходящего солнца.

чау по имени Чак

Первое, что меня поразило, это то, что он никуда не рвется, не тянет поводок, не скулит, а тихо ждет, куда его поведут, как раба. Мой спаниель вертелся бы как юла! Мы посадили угрюмого медведя на заднее сиденье машины, и повезли его в новый дом. Как только машина тронулась, Чак (так его назвали прежние хозяева), пытался рассмотреть в окне дорогу, и как-то странно пыхтел. Он не знал еще тогда, что это не конец, а начало! Не помня себя от счастья, я представляла моим родителям их новую собаку. Мама посмотрела на чау без особого восторга и эмоций. Заранее было ясно, что жить он будет у них, а любить его и гулять с ним буду я. Папа был внутренне рад новому члену семьи и пошел показать его соседу-охотнику. Охотник сделал свое "авторитетное" заключение: "Собака сидела на цепи, потому что ноги "посаженые"". Это он так охарактеризовал ходули чау. Тут надо отметить, что мы сразу же заметили сходство характера чау и моего отца. Оба внешне невозмутимые, все тонко чувствующие и переживающие все внутри себя. И внешние сходства, и привычки и, даже, одинаковые эмоции при виде шприца. Подошла к Чаку кошка - хозяйка дома, и ударила его лапой по морде. Он в ответ мотнул головой и захныкал, как ребенок. А из глаз потекли слезы. Но он не сошел с места, куда его посадили.
Вот пошли мы с ним на первую прогулку. Я, зрелая женщина, мать двоих детей, играю с собаками! Как- то даже немного стыдилась своих чувств. Но обладание таким шикарным зверем лило елей на мое самолюбие. Это ведь не собака, это другое! И мы уходили с ним далеко на берег реки, где нет посторонних глаз. Он шел рядом послушно, не обращая внимания на все вокруг. Казалось, он находится в каком-то внутреннем переживании: Мол, люди, люди.… Как же легко вы предаете своих друзей.… Тут меня насторожило то обстоятельство, что Чак не выбирает дороги, идет, куда глаза глядят. А куда они у него глядят? Я посмотрела ему в глаза.… Да они у него никуда не глядят! Он же совершенно слепой! Повезли в лучшую ветклинику города. Посмотрел нас доктор и сказал: Нужно делать операцию, и, чем раньше, тем лучше. Так мы познакомились с первой бедой нашего пса - заворот век. Стоимость этой уникальной в то время для наших клиник операции была нам не по карману. Родственники нас не понимали, они не привыкли относиться к собакам иначе, как к скотине. Встал вопрос: Что делать? Наши друзья, которые его тоже полюбили с первого взгляда, предложили свою помощь. Так было принято решение об операции. Но кто будет ухаживать за Чаком после наркоза? Вот тут-то и появился у нас с дочкой шанс переселить его к себе. Убедив мужа позволить нам хотя бы до выздоровления оставить больного у себя в квартире, мы повезли его на операцию.

Врач позволила мне присутствовать при этом спасительном мероприятии, и через несколько часов мы приехали с больным домой. Надо сказать, что врач, впервые выполняя тогда подобную операцию, изрядно волновалась. Но, как показала жизнь, все получилось. Только вот зрение к нему уже вернулось не полностью, слишком запущена была болезнь. Зато нет таких мучений, какие он испытывал, когда ресницы кололи ему глаза. Операция проводилась под наркозом, Чак все время куда-то бежал - перебирал лапами в воздухе. Что ему тогда снилось? Дома мы положили его отдыхать. К вечеру повели его на прогулку на пустырь, который начинался сразу за нашим домом.
Шли дни, зарастающие швы зудили, и Чак пытался их почесать о снег. Как он любил снег! Он вырос в Кемерово, где большие снега и сугробы по пояс. Он снег ел, валялся по пол часа, изображая пловца, опять ел, переворачивался, извиваясь змейкой. У нас в Хакасии снега мало, и ему приходилось довольствоваться тем, что намело. Потом мы лечили, бросив на это все свои силы, его от демодекоза. Чак при виде шприца убегал за угол, прижимался задом к стене и дрожал от страха. Ну откуда тогда местным врачам было знать, что чау подвержены аллергии! 3 месяца лечения ивомеком, курс неомицина, прочие таблетки, сахарки и мази, тесты в баклаборатории привели не только к полному истощению организма собаки, но и к истощению нашего кошелька на долгие месяцы и к ощущению беспомощности и моральной усталости. Многочисленные родственники хором упрекали нас за напрасную трату денег и сил. Только им было невдомек, что он нам отдает столько душевного тепла, столько любви и преданности, что, понимая это, они бы так не говорили. Мы не могли его больше лечить, а он нам был за это только благодарен.
К этому времени он так гармонично влился в нашу семью, и мы уже не мыслили жизни без него. Он просто нас любил - а мы его. Болезни отошли сами собой, Чак окреп, шерсть отросла и зазолотилась, коросты отпали, душа его оттаяла. Его было не узнать! Я могла часами любоваться им, когда он лежал на полу, разложив складочки на морде. Жаль, у нас мало его фото. Как всегда, на это не хватало денег. Наши друзья просто были без ума от него. Он был вежлив и терпелив со всеми. Только не выносил, когда его щипали маленькие дети - он уходил в другое место. Малыши его всегда называли "Чава-Чава" и буквально дежурили у подъезда, чтобы сопровождать нас на прогулку. Мы всегда брали своих собак с собой на пикник. И однажды, когда, видимо на счастье, Чак был привязан к бамперу наших "Жигулей" мимо проскакал конь - Чак рвался изо всех сил, неистово облаивая пришельца. Автомобиль раскачивался, как игрушечный. Я увидела такую мощь и такую самозабвенную первобытность этого зверя, что невольно усмехнулась, вспомнив, что многие авторы книг о собаках пишут, что чау - это декоративная порода.
Осмыслив бойцовский темперамент нашего пса, мы поехали покупать ему намордник. Но ни один намордник к его короткой и широкой морде так и не подошел. Пришлось купить наиболее широкий, и обрезать его по длине. Но практического применения наморднику не нашлось. К людям чау совершенно не агрессивны. Но правила есть правила, и в автобус без намордника собаку не посадишь. Но каких только восторженных слов не услышишь в его адрес! Это не собака - это песня! Никакого особого ухода для чау не требуется. Иногда мыть, регулярно расчесывать да стричь когти. Чак любил, когда мы с дочкой его расчесывали, уложив на бок. Он послушно держал поднятыми лапы, при этом даже умудрялся выспаться. Когда ему было щекотно, он смешно дергал лапой. К зиме вся наша семья обзавелась варежками и носками из теплого собачьего пуха цвета солнца. Замечу, что шерсть чау не имеет запаха и не дает аллергии.
В ветклинике мы по-прежнему были частыми гостями, ездили за советом и витаминами. Врач был поражен метаморфозе. Плешивый, с тусклой шерстью подавленный пёс превратился в шикарного красавца с роскошной львиной гривой, большой головой и монголоидными раскосыми глазами. Складки на его морде делали его просто неотразимым. Его "приклеенный" хвост хорошо опушился. А шерсть на солнце отливала сиреневым цветом. И характер у него проявился "чаушинный", настоящий. По утрам он ждал моего пробуждения, прислушиваясь к моему дыханию. Когда я открывала глаза, Чак всегда стоял возле моей кровати и приветствовал меня помахиванием хвоста, но ни разу не позволил себе меня разбудить. Пока я собиралась на улицу, он терпеливо ждал у дверей, следя за каждым моим движением. Гулять мы ходили втроем: Я, Чак и спаниель Норка. Обе собаки на поводках. Так положено да и спокойнее, ведь внезапно выскочивший из подъезда медведь может испугать не только кошек, греющихся на завалинке, но и детей. Кстати, если кошка сидит спокойно и не убегает, то интереса для чау-охотника она не представляет! По дороге чау проверял все коллективные метки, при необходимости "переписывал" своим именем, а Норка - то же самое проделывала с сучьими метками, которые находятся на земле всегда рядом с кобелиными. На это у нас уходило минут 20. Причем чау вынюхивал их с такой скрупулезностью, что иногда пробовал на язык. Например, метки на углу металлического гаража в 30-градусный мороз. Каково а? Причем, если погода дождливая, то работы у чау намного больше и прогулки удлиняются. А вот уже на поле я отцепляла поводки, и собаки неслись каждый по своим делам. Спаниель - гонять ворон и наматывать километраж (охотник все-таки!), а Чак - в укромное место, например, в заросли полыни, каждый раз оглядываясь, не видно ли его будет. Весной, когда новая трава еще не выросла, а старую унес ветер, мне приходилось приседать, чтоб меня он не видел, и дела шли быстрее. Если подсмотреть, как он делает эти свои дела, то нельзя не усмехнуться. Во-первых, для этого он находит какую-либо кочку или бугорок, а во-вторых отклоняется сильно назад, почти переворачивается, а в третьих, при этом утробно рычит, как медведь. После этого он уже совершенно спокойно возвращается в мое распоряжение. Это не относится к тем периодам, когда кобель убегает, чтобы продлить свой род. Весной и осенью, особенно в оттепели мой Чак ко мне уже не возвращался, а обходил стороной, чтобы я не смогла его зацепить на поводок. Он бежал метрах в 100 одним и тем же маршрутом, по которому когда-то ходила его любовь (чау по имени Кесси), все время, оборачиваясь, и соблюдая "безопасную" между нами дистанцию. Изрядно подышав свежим воздухом, мы возвращались домой, где Чак в прихожей подавал мне свои широкие крепкие лапы для того, чтоб я могла их вытереть. Мои две собаки жили дружно, правда, Чак "прикрикивал" иногда на Норку, когда она сновала туда-сюда через него, лежащего поперек узкого коридора. А когда у Норки появлялись щенки, Чак предпочитал в ее комнату не заходить. Когда щенки до него все-таки добирались и пытались найти соски, то он уже не выдерживал и уходил куда подальше. Ему было любопытно нюхать, как они пахнут, наблюдать за ними, но когда они кусали за нос и тянули его за хвост, то убегал. Он не любил суеты.
Днем свое свободное время он проводил возле балкона, где было прохладнее и очень приятно сопел, иногда сладко причмокивая языком. Лишь иногда, томно потягиваясь, вставал, чтобы поприветствовать вновь вошедших в квартиру. Он был очень добрый пес, за его медлительность при выполнении "поручений" (ему ведь не прикажешь!) я прозвала его "Пенёк". Когда я возвращалась домой, он терпеливо дожидался, когда я разденусь, и, как только садилась на диван, он подставлял мне свою огромную голову и ждал ласки. В ответ он облизывал своим большим теплым языком мои руки. Причем, медленно и очень осторожно.

Меня интересовало его происхождение, кто был его заводчик, первый хозяин, почему он попал в Абакан? Ему тогда было 3-4 года. Возраст я научилась определять по зубам. Делала многочисленные запросы в клубы г. Кемерово, отправляла его фото, но никакого ответа не получила. Так и осталось происхождение Чака неизвестным. Зато у меня появилась новая записная книжка с адресами, телефонами владельцев чау-чау по всей стране. Все время я обращаюсь к ним за советами и поддержкой. Мы зарегистрировали Чака в клубе "Фауна-Элита", что находится за Ипподромом, где нашли себе много друзей, ведь нас всех объединяет любовь к собакам. Чак приобрел клеймо на животе и ветеринарный паспорт, а я - законные права на его владение.
Но старея, после 6 лет особенно, наш Чак начал сдавать. Все удлинялись периоды болезни, и все дольше тянулось выздоровление. Хотя 8 лет - еще не возраст, но натерпелся он за это время немало. Чак больше не выпрямлял свою некогда прямую спину, ходил на "цыпочках", стремился спать на холодном месте. Это симптомы мочекаменной болезни. Но в периоды выздоровления наш герой был весел и мил со всеми членами нашей семьи. Когда нам было плохо, он нам сочувствовал, подбадривал, как бы отдавая то тепло своей "чаушиной" души, которое он получал от нас. Он тихо подходил и тщательно вылизывал своим синим широким языком мои руки. Некоторые читатели, возможно, меня упрекнут: мол, зачем очеловечивать собаку? - Действительно, если вы не достигли того душевного контакта со своим питомцем, который позволяет назвать его членом вашей семьи, то вы никогда не узнаете этих чувств. Собака, которая живет в доме вместе с хозяином, всегда более открыта по характеру и близка по чувствам. Ведь, даже когда мы не заняты своей собакой, она все равно внимательно слушает, о чем мы говорим, что и как делаем. Она изучает особенности нашего поведения, а мы - её. В этом плане менее повезло собакам дворового содержания. Чем меньше времени мы проводим с нашими любимцами, тем хуже понимаем друг друга. Я не могу вспомнить ни одного случая, когда бы какое-либо домашнее животное что-то сделало бы мне назло. Все поступки вполне объяснимы с точки зрения физиологии и логики. Если ваш питомец что-то делает плохо, попробуйте взглянуть на этот поступок его глазами. За пять лет общения с чау, мне ни разу не пришлось ударить собаку. За что? Собака - это отражение своего хозяина не только внешне, но и его характера, воспитания.
И вот как-то в ноябрьскую оттепель 2002 года Чак "улизнул" из дома на зов природы. Он был в прекрасной физической форме, великолепно одет, и на нем был коричневый кожаный ошейник с металлическими украшениями. Слепой пес, не умеющий добывать себе пищу и кров. Надо ли говорить, насколько он нам был дорог! Три дня мы шли по его следу. Но найти так и не смогли. Была извещена вся собаководческая общественность города. В ответ на наши объявления о пропаже чау-чау многие абаканцы звонили нам и сообщали, где был замечен чау. Спасибо им! Обследовав все районы города по нескольку раз, мы отчаялись его найти. Впереди была суровая зима. Нам оставалась лишь надежда, что он остался в Абакане и новые владельцы обратятся в клуб собаководов за помощью, ведь он постоянно нуждался в лечении. Но в начале апреля мы его нашли мертвым в районе Мехзавода без ошейника, выброшенного на улицу и так и не нашедшего своих хозяев. Ему не повезло с новыми владельцами, которые тайно держали его у себя, не сообщив об этом в Клуб. Чау - это собака китайских императоров, независимая и не терпящая грубого диктата. С ней можно только договориться. Эта собака - не для каждого.
Надо сказать, что любая домашняя собака, не приученная с детства добывать себе пищу сама, не может выжить без помощи хозяина. Она обязательно погибнет. Поэтому я призываю всех, кто увидит или приютит потерявшегося пса, а также в случае потери собаки - звоните в наш Клуб. А владельцам собак следует зарегистрировать своих питомцев, поставить татуировку, чтоб можно было заявить о своих правах в случае пропажи вашего любимца. Желаю вам никогда не расставаться со своими преданными друзьями!
Л. Молодцова, Клуб "Фауна-Элита".